«Время темноты», Ереван и шесть музыкантов

На кануне Фестиваля документального кино стран СНГ «Евразия.DOC», который пройдет уже в третий раз, Татьяна Данильянц — автор фильма «Шесть музыкантов на фоне города» встретилась с нашим корреспондентом Сюзанной Степанян в Москве. 

Татьяна Данильянц

Татьяна Данильянц

— Татьяна, расскажите, пожалуйста, о себе. Что общего у вас с Арменией?

— Мой отец наполовину армянин, но он совсем не арменизирован. Я выросла в Москве не в армянской среде и, будучи молодой девушкой, никогда специально Арменией не интересовалась. Но, в тоже время, помимо нашей воли есть какие-то странные точки узнавания, полюса притяжения, которые, видимо, каким-то образом связаны с нашей ДНК, памятью о прошлом. Когда я впервые попала в Тбилиси, например, я почувствовала…как это назвать, «след присутствия» своего предка, армянского прадеда, прожившего в этом городе важную часть своей жизни. Словом, это вполне таинственные материи.

— Как ваш отец отнёсся к выбору темы фильма?

— Этот фильм его очень тронул. Вся моя армянская родня, живущая в Москве и никогда не бывавшая в Армении, поразилась этому фильму. Для них это было неожиданно. И захватывающе.

— А для вас это было неожиданным?

 Нет, это не было для меня неожиданностью, потому что то, что я делаю как поэт или как режиссёр, связанно с тем, что меня трогает. И тут хочу рассказать вам такую историю. В этом фильме помимо музыки есть важный элемент – редкая хроника 90-х. «Время темноты», как называет это Малхас, (известный армянский пианист, джазмен — прим. автора). Откуда это взялось в фильме. Однажды я сидела в гостях у скульптора Эрикназ Галстян, ныне покойной, к сожалению, и вдруг она сказала такую фразу: «Вот я рожала свою первую дочку при свете свечи». Меня «зацепили» ее слова и я попросила объяснить, что она имела в виду. «А ты не знаешь, что у нас было в 90-е?» — удивилась Эрикназ. И вот, с этого момента мой фильм принял другое измерение, историческую глубину. Я вдруг стала под другим углом понимать характеры своих музыкантов. Благодаря тому вечеру и разговору с Эрикназ, который меня тронул, я узнала о невероятно трудных годах для Армении, а фильм напитался совершенно другим временем. Уже на следующий день после этого разговора я позвонила друзьям и стала узнавать, как возможно добыть архивные кадры. Может, это звучит странно, но этому фильму помогала ещё какая-то другая энергия, не зависящая от меня. Думаю, что кто-то или что-то хотело, чтобы этот фильм произошёл. Фильм был замешан исключительно на моём восхищении не только музыкой, которую я полюбила, но и на восхищении этими людьми.

Режиссер фильма "Шесть музыкантов на фоне города".

Режиссер фильма «Шесть музыкантов на фоне города».

— Какая история создания у фильма «Шесть музыкантов на фоне города»? И почему именно музыканты?

 — В 2007 году меня пригласили на Международный фестиваль женского кино «Кин» с моим фильмом о Венеции, «Сад, который скрыт». Я приехала в Армению в декабре, как приезжаю в любую другую страну, то есть это не было для меня какой-то особой поездкой. На фестивале моя работа получила специальный приз в виде мастерски исполненной статуэтки. Погода была тогда тяжелая, холодная, но от этой поездки мне запомнились три вещи. Первое, когда с руководителем этого фестиваля, Мариам Оханян, мы поехали в «пещерный монастырь» Гегард и в одном из помещений начали петь. В этот момент я пережила сильные эмоции. Второе — это свет. Меня поразил тот декабрьский ереванский свет. На фоне серых зданий и небольшого тумана он был таким…лимонным, он произвёл на меня сильное визуальное впечатление. А третье — это то, собственно, благодаря чему произошёл этот фильм. В самом конце моего пребывания в Армении, мои новые друзья захотели показать мне город и часов в 9-10 вечера привели меня в одно из самых известных кафе Еревана — «Поплавок». В тот вечер, как раз играл и пел Форш (известный армянский певец, заслуженный артист Республики Армения, — прим. автора) и что-то в этом было такое сильное и необычное в сочетании с вышеперечисленным, что я подошла к нему после концерта, представилась и сказала: «Может быть, мы ещё вместе поработаем». Заметьте, что это было в 2007 году. А потом, меня познакомили с руководителем Фестиваля «Золотой абрикос», Арутюном Хачатряном, который пригласил меня с этим фильмом на фестиваль. Так я приехала в Армению на следующий год. Тогда же возник проект снять киноальманаха о Ереване, рассказанный разными режиссерами. Мой короткий метр должен был быть посвящён Форшу, однако финансирования киноальманах не получил. И на протяжении нескольких лет я вынашивала идеи, связанные с музыкантами, пока на одной из встреч не пообщалась с министром культуры Асмик Погосян. Ей понравились мои фильмы о Венеции, и она сказала: «А почему бы вам не снять фильм об Армении, о Ереване? Мы вас поддержим». Это стало сильным импульсом для меня, чтобы начать работать над фильмом. Министерство культуры РА денег не дало, но «процесс пошел».

Ереван. Кадр из фильма.

Ереван. Кадр из фильма.

На самом деле музыкантов должно было быть семь. Помимо Дживана Гаспаряна, Арто Тунчбояджяна, уже упомянутого Форша, Левона Малхасяна (Малхаса), Лилит Пипоян и Микаэла Восканяна, в этом фильме должен был сниматься Артур Месчян, замечательный бард, но по причине того, что он завязал с пением и ушёл в строительство, в архитектуру, он участвовать не смог. Работа над фильмом началась с 2014 года, когда я получила финансирование от Фонда арменоведческих исследований «Анив», один из представителей которого, живет, кстати, в Минске. Съемки начались в октябре 2014 года и продлились до начала 2016, после чего последовал довольно сложный монтаж из-за большого количества материала. Официально российская премьера этого фильма состоялась в апреле 2017 года в кинотеатре «Октябрь» в Москве. И с тех пор, фильм, на мой взгляд, живёт вполне счастливой жизнью.

— Как отреагировал на ваш фильм армянский зритель?

— Мне кажется, отношение хорошее. Может быть, кому-то не хватило негативных сторон, рассказов о нищих и дискредитируемых частях населения… которыми были на самом деле, почти все, включая и музыкантов. Но мой фильм — это рассказ о Ереване глазами музыкантов. И если бы они хотели об этом поговорить, то могли бы рассказать, ограничений не ставились. Так получилось, что фильм скорее об архетипах, он рассказывает о таких основных человеческих качествах, как достоинство, мужество, воля. Эти люди пропустили через себя генетическую память о геноциде, потом то, что происходило в 90-х, в 2000-х и смогли превратить свои переживания в музыку, переплавить во что-то вневременное. И моя задача заключалась, в данном случае, в минимизации слов.

После показа в Доме кино в Красноярске, 2018 г.

После показа в Доме кино в Красноярске, 2018 г.

— Раз в фильме минимизированы слова, а музыкальный язык доступен всем, выходит, фильм более чем доступен любому зрителю?

 — Абсолютно. Я считаю, что там есть разумный баланс между словами и музыкой, что делает фильм универсальным. Во всяком случае, у меня есть пронзительный опыт демонстрации этого фильма. В Нью-Йорке, на Фестивале Русского Кино, от меня слева сидела американка. Она смотрела фильм и плакала.

 — Никого не смущало, что режиссёр, мало знакомый с Арменией, хочет снять про неё фильм?

 — Честно говоря, это никого не волновало. Я чётко представляла, как и о чём хочу рассказать. Основной акцент в моём фильме сделан на музыкантах. Этот фильм состоит из интервью, музыки и моих визуальных перебивок-комментариев, которые я считаю уместными. Совершенно не хотелось навязать кому-то образ страдающей Армении или наоборот гостеприимной, ликующей, музыкальной страны. Мне хотелось уйти от этих клише и показать людей, музыкантов, такими, какие они есть.

— Как режиссеру, вам интереснее снимать документальное или игровое кино?

 — Мне интересно снимать и то и другое, главное, чтобы была идея, которая сильно увлекает. Для создания игрового сценария требуется гораздо больше усилий при конструировании самого сценарии, а для создания документальной работы ты нащупываешь идею, входишь «в копродакцию» с настоящим временем и исследуешь, ездишь, смотришь, как, например, с моим новым проектом, связанным с армянским спортом.

 — Может быть, ваш фильм станет путеводителем или визитной карточкой Еревана?

 — Вы знаете, скорее путеводителем по человеческой душе. Но кто-то из критиков, да, назвал этот фильм «кинопамятником Новейшей истории Армении». И я считаю, что это хорошо. Я думаю, что это фильм вполне имеет все шансы стать, как вы сказали, лицом современной Армении конца XX — начало XXI века.

— До интервью вы рассказали мне, что Ереван принял вас, и вы сейчас скучаете по нему. А что такого есть там, чего нет, например, в других городах?

 Ереван притягивает своими размерами. Хоть это и город-миллионник, но он компактный. Ты в принципе можешь обойти его ногами за пару часов. Но самое главное очарование Еревана, которое абсолютно отличает его, например, от Москвы, это то, что он осенён горой. Это редкое географическое расположение, которое делает его настолько узнаваемым, что невозможно сравнивать его с другими городами. Люблю ни на что не похожую архитектуру Еревана, созданную гениальным архитектором Таманяном и его соратниками. И более поздних архитекторов, которые построили, например, кинотеатр «Москва». Архитектура города очень ладная, красивая, уместная, и, к счастью, ещё не до конца разрушенная…надеюсь, что эти процессы будут остановлены.

Зрители во время кинопоказа.

Зрители во время кинопоказа.

— 2 октября в кинотеатре «Беларусь» в 18:00 фильм увидит белорусский зритель. Вы ведь никогда не были в Беларуси. Какие у вас ожидания?

 В Беларуси я никогда не была, но мы не изолированы, до нас доходят регулярно новости и я много наслышана об этой стране. Во всяком случае, те люди из Беларуси, которых знаю, производят на меня впечатление сбалансированных, не агрессивных, уравновешенных. В каком-то смысле, белорусы похожи на армян. Но понятно тоже, что Беларусь состоит не только из белорусов, что там живёт много разных народов и национальностей. Надеюсь, что зритель узнает совершенно новые для себя истории и будет изумлен потрясающей музыкой, звучащей в фильме, как когда-то была изумлена я.

— Какого зрителя вы видите, ждёте на ваш фильм?

 Вы знаете, на тот момент, когда я снимала фильм «Шесть музыкантов на фоне города» об армянах и Ереване, у меня уже был опыт показа фильма о венецианцах на Венецианском фестивале. На него пришло много людей из города, они смотрели фильм, выражали свои эмоции во время просмотра. Я слышала смех, были слёзы, потом кто-то из зала кричал «Браво! Браво!». Мне кажется, тогда мне удалось передать что-то аутентичное. Сейчас я не стремилась создать фильм специально для армян. Фильм универсален, он для всех. Другое дело, что таких людей, такие истории, такие судьбы, такую музыку лично я встретила, услышала именно в Армении. И еще: этот фильм связан с городом, который я люблю. И, в каком- то смысле, это моё приношение городу. И говоря о публике, я бы хотела, чтобы человек, который не является армянином, почувствовал, что такое Ереван, его атмосферу, людей. И, конечно, его Музыку. С большой буквы.

 — С каким настроением должен прийти зритель на фильм «Шесть музыкантов на фоне города»?

Хочется подумать, с каким настроением уйдёт зритель. Хотелось бы, что бы он ушёл вдохновленным, потому что на самом деле искусство должно прибавлять осознанности и вдохновлять. Что такое вдохновлять? Как минимум, чтобы мотивировать человека на то, чтобы жить и работать, созидать, идти дальше.

Редакция газеты «Миасин» желает режиссеру Татьяне Данильянц и её фильму успехов! А также признания на Фестивале документального кино стран СНГ «Евразия.DOC», зрительских симпатий и новых заслуженных наград!

Сюзанна СТЕПАНЯН

comments powered by HyperComments

Поделитесь ссылкой: