«Да, ей даны восторги, крики «бис»…

Какое счастье так блистать и петь!
Прожить вот так хотя бы две недели,
И, кажется, не жаль и умереть!

Э.Асадов “Артистка”.

Каждая роль этой талантливой актрисы Национального академического драматического театра (НАДТ) имени М.Горького — неповторима. Белла Амовна Масумян — народная артистка Беларуси. С безмолвным восхищением в глазах вот уже много лет зрители наблюдают за её игрой на сцене. Актриса обладает невероятной трудоспособностью, обаянием, подлинностью. Она — само вдохновение!

Наша корреспондент Сюзанна Степанян, большая поклонница театра им.Горького, не упустила возможности заглянуть после спектакля “Знойные мамочки” за кулисы и побеседовать с любимой актрисой.

— Кто был вашим кумиром в детстве?

— Во время войны мы с мамочкой и со старшей сестрой жили в Ереване. В то время киностудия Горького показывала таких корифеев кино, как Самойлова, Андреева. Наверное, они и стали моими первыми кумирами. Я дружила с Таней Самойловой. И для нас это были тяжёлые и голодные годы. Я обожала свою армянскую бабушку Нектар Григорьевну. Её я тоже могу назвать своим кумиром. Она приносила с рынка персики, каких я больше никогда не видела и не ела. Вообще, Армения у меня ассоциируется с бабушкой в вязанной шапочке. В 1915 году турки убили моего дедушку и она осталась вдовой с тремя детьми. Худенькая, очаровательная армянка… В моей памяти осталась красивая и стильная бабушка с персиком в руках, пронизанным солнечными лучами.

Маленькая Белла.

Маленькая Белла.

— А кем вы себя ощущаете?

— Никогда не зацикливалась на национальности, но когда увидела в одной из музыкальных передач участницу-армянку, я начала болеть именно за неё. Наверное, на подсознательном уровне кровь всё же играет. Хотя, моя мама — полька и мы не жили долго в Армении. Мне нравится армянский народ — терпеливый, лояльный, интеллигентный, талантливый. Он смог выжить и, проявляя себя, жить дальше. Композиторы, художники — я высокого мнения об армянской интеллигенции.

Мама - Мариана Викторовна, Белла, папа - Амо Тигранович.

Мама — Мариана Викторовна, Белла, папа — Амо Тигранович.

— Что сегодня вас связывает с Арменией?

— В детстве ездила с папой из Прибалтики к бабушке в Ереван, а потом приезжала сюда на гастроли. Когда мы переехали на Украину, в Кировоград, бабушка какое-то время жила с нами, но долго не выдержала. Она не очень хорошо знала русский язык и там ей было одиноко. На сегодняшний день все связи порушились в силу многих обстоятельств. Многих людей уже нет в живых.

Поняла для себя, что зурна не мой инструмент. Мне больше по душе грузинская музыка. На армянском знаю только фразы: “Балик джан”, “Цават танем”, поэтому у меня нет такой привязки к Армении.

Юная Белла.

Юная Белла.

— Каких персонажей вы предпочитаете играть?

— Я всю жизнь склонялась к драматическим ролям, но потом поняла, что существуют и другие краски. Когда я например, играла комедийную роль, то почувствовала удовольствие, преодоление себя. В этом есть некий кайф. С кино у меня романа не случилось, правда, на «Арменфильм» в ранней юности я должна была сниматься с Лёней Енгибаровым, но к сожалению он умер и всё закончилось. Что касается «Беларусьфильма», я, наверное, не их героиня.

— Каждый человек от природы актёр?

— Да, особенно, если речь идёт о женщине, а иначе не выжить. Другое дело, когда человек перебарщивает и не чувствует меры. Что такое ирония или остроумие? Это актёрство, это существование не в одной плоскости. Человек существует в разных плоскостях. Каждому из нас хочется выглядеть лучше, даже когда он себя ругает.

Играем СтринДберга.

Играем СтринДберга.

— Работать над собой и работать над ролью – это одно и тоже?

— Есть люди, которые работают над собой, поднимаясь в горы, спускаясь на дно, делают зарядку, занимаются йогой, учат языки – вот это они занимаются собой. А заниматься ролью, это работа над собой в другой степени. Я знаю не многих людей, которые занимаются собой, а вот ролью — да. Есть режиссёры, литература, собственные мозги, своё видение, накопление. Человек проживает столько жизней, столько поворотов. В ролях ты всё подбираешь, основываясь на собственных ощущениях и на ощущениях своих близких. Не даром я в молодости прочитала книгу “Актриса”, в которой главная героиня рассказывала, как у неё умирал любимый отец. Она поймала себя наблюдающей за его уходом. Эгоизм? Бессердечность? Можете назвать как угодно. Она переживала, плакала, но ей, как актрисе, было важно увидеть эти микродвижения. Я сама проводила маму и понимаю, что это такое. Помню её, лежащую в гробу в белом платье и солнце светило так, что мне показалось, что мама приподнялась. Разве это не актёрство? У актёра разбуженная фантазия. Безусловно, она управляема, но всё же вырывается и такое. У меня с мамой сильная связь. Такое ощущение, что нам забыли перерезать пуповину.

"Двое на качелях".

«Двое на качелях».

— Откуда берёте энергию, вдохновение?

— Иногда это может быть просто цветущий куст, проделанная работа, ничего не делание, или новая книга, вкусная еда, бутылочка вина.

— Какую книгу вы прочитали не так давно?

— Много читаю. Это в основном детективы западных авторов высочайшего класса. Также я в восторге от Харуки Мураками. Для меня это отдельная статья, ни с кем не конкурирующая и не стоящая ни с кем рядом. Сначала понять его литературу трудно, но потом её хочется выучить наизусть. Она сложная, проблемная, философская, авангардная, умная. Уже лет десять, как этого удивительного человека выдвигают на Нобелевскую премию. Я надеюсь, что скоро смогу за него порадоваться.

"Правда - хорошо, а счастье лучше".

«Правда — хорошо, а счастье лучше».

— Что дал театр вам лично?

— Скорее, что он забрал (смеётся). Что он дал не знаю, но забрал всё — время, силы, здоровье, энергию. Конечно, мой выбор по любви, ну а любовь, как известно, забирает всё. Я люблю своих друзей и они мне даются не просто. Просто брать я не люблю, мне больше нравится отдавать.

— Какая из ваших ролей вам ближе?

— Это скорее всего обманчиво, но есть несколько ролей, которые «срослись с моей шкурой», как написали в одной из вечерних газет. “Двое на качелях”, “Варшавская мелодия” Л.Зорина, “Валентинов день” и “Лев зимой”. Имея довольно большой репертуар и работая 50 с лишним лет в театре – это не так много. Но они казались мне моими, я много личного внесла в эти роли.

"Лев зимой".

«Лев зимой».

— Отпечатываются ли роли на вашей личной жизни?

— Когда работаешь, да. Вот играли мы спектакль “А зори здесь тихие” Ю.Любимова. Спекталь перенесён с Таганки, ставил Б.Глаголин, второй режиссёр Любимого. Не смотря на то, что события происходят во время Великой Отечественной войны, когда я была маленькой, мне казалось, это близким, я же прошла послевоенный период. Папа был у меня военный лётчик, а жизнь военных – это тяжёлая доля. Вообще, роли заставляют думать и могут сказаться не тогда, когда репетируешь, а через время. Часто переосмысливаешь по ночам.

"Пигмалион".

«Пигмалион».

— Не каждый ученик может похвастаться статьёй, написанной о нём педагогом. Сам Дмитрий Орлов написал о вас “Горжусь ученицей”.

— Я не отслеживаю, может быть, нынешние педагоги пишут о своих учениках. Дмитрий Алексеевич Орлов — признанный педагог, режиссёр и актёр. Когда он проходил по коридору, все студенты стояли по стенке. В нём сочетались ироничность и ум. Он всегда делал едкие замечания. Никогда ни какой расслабухи, каждое его занятие превращалось в экзамен. А что такое советская культура 50-60-х годов? Наташа Крылова – один из крупнейших критиков Москвы Советского Союза, написав статью, должна была соблюдать очередь, чтобы её поместили в газету. И вдруг, из Минска Дмитрий Алексеевич Орлов написал обо мне! Для меня это высшая награда в моей жизни. Знаете, похвалить ничего не стоит, но когда о тебе говорит человек, от которого не ждёшь похвалы и каждое его слово на вес золота – это было неожиданно.

"Лев зимой".

«Лев зимой».

— Чувствуете любовь публики?

— Ну как сказать? Немножко я глуховата в этом смысле. Я к себе строже отношусь, чем ко мне относятся. Ну да, когда приходит зритель, когда говорят приятные слова на секунду чувствуешь себя удовлетворённым, но потом начинаешь себя копать.

— У вас была возможность работать в театрах других городов. Почему выбрали Минск, где премьер бывает не так много?

— Во-первых, я здесь окончила институт, а мои родители жили в Вильнюсе, что рядом с Минском. Во-вторых, у меня были роли, которые я не хотела отдавать. Это для меня как отрезать руку или ногу. Меня приглашали в Киев, Харьков, Питер, тогда ещё Ленинград, Ригу, Таллин, Вильнюс. Режиссёр, который работал у нас, переехал в Алматы и писал мне: «Приезжай, будешь играть то, что хочешь». Но у меня болела мама и я понимала, какое это большое расстояние. Не налетаешься, не наездишься. Да и театр наш я любила, он мне нравился. В то время у нас актёры только-только начинали сниматься в кино, и то, это были эпизодические роли. Но, когда к нам приезжали московские режиссёры, нам говорили, что у нас великолепная труппа, что в плане актёрской игры наши спектакли сделаны лучше, отдачи и преданности больше, а цинизма и звёздности меньше.

"Идеальный муж".

«Идеальный муж».

— Вы — шикарная и милая женщина, которой нельзя не сделать комплимент. Поделитесь секретом, как на протяжении всей жизни уметь сохранить и не растерять себя? 

— Не знаю, не ставлю себе такую задачу. Просто многое люблю и моя память устроена так, что я не помню обид. Наверное, я в себе это не культивирую. В жизни всё было и бывает, и много обидного и больного, но я умею этим не жить. Такая позиция не даёт вырастать злости. А может, это помогало до какой-то поры держаться. И возможно потому, что у меня в роду все женщины долгожители. Бабушка прожила до ста лет, единственное, мой папочка ушёл рано.

"Пане Коханку".

«Пане Коханку».

— А как вы относитесь к шуткам коллег во время спектакля? Подшучивали над вами на сцене?

— Конечно! Я легко иду на это. В этом есть доверие к актрисе, что она сумеет себя сдержать и в то же время себя расколоть, найти выход из этого положения. Мне нравятся мальчишечьи глаза, которые следят за тобой, что ты при этом делаешь. А иногда и я подшучиваю. В спектакле “Он и Она” с Борисом Ивановичем нет жестких рамок и у нас есть возможность импровизации. Но шутить тоже надо осторожно. Не скажешь, ведь, “чувак” у Островского. Я  люблю этот спектакль, потому что он хулиганский и импровизационный.

Творческая встреча.

Творческая встреча.

Вместо послесловия

— Я хочу пожелать армянскому народу мира. Он заслужил это, как и любой другой народ, но раз мы говорим об Армении, я хочу, чтобы люди жили счастливо. Чтобы был достаток в семье, чтобы ярко светило солнце и цвели цветы. Армения — страна красивая. Севан, горы, церкви, воздух такой, что у меня дух захватывает. Хорошо сказал на моём юбилее обо мне посол Армении, который сейчас в Москве: “Белорусская дочь армянского народа”. Вот так я и живу по жизни. — говорит Белла Масумян.

"Загадочный визит".

«Загадочный визит».

От редакции: Газета «Миасин» желает Белле Амовне оставаться такой же востребованной актрисой и пополнить свой репертуар новыми интересными ролями. Продолжайте нас удивлять, а мы с удовольствием придём на ваши спектакли!

Сюзанна СТЕПАНЯН

Фото Дарьи АНДРЕЕВОЙ и из личного архива Б.А.Масумян

comments powered by HyperComments

Поделитесь ссылкой: