Певец народных стонов, рыцарь печалей…

Музыкально-поэтический вечер, приуроченный к 125-летнему юбилею со Дня рождения выдающегося поэта, классика армянской литературы Егише Чаренца прошел 5-го апреля в столичном «Доме дружбы». Мероприятие было организовано Посольством Республики Армения в Республике Беларусь совместно с Обществом дружбы «Беларусь-Армения».

Белорусский публицист, поэт, переводчик, председатель вышеуказанного общества Наум Гальперович выделил патриотический, лирический и философский аспекты литературной деятельности Егише Чаренца (настоящая фамилия Согомонян). Рассказал о безграничной любви поэта к Армении, зачитал воспоминания современников о его яркой личности и творческой деятельности.

– Сегодня праздник нашей дружбы… Для каждого народа поэты – это люди, которые определяют душу народа, его стремления и глубокие чувства – любви, патриотизма, высоких моральных качеств. И мне кажется, что если бы больше звучали стихотворения, если бы люди больше слушали поэтов, на земле было бы больше мира, сострадания и всего самого лучшего, – подчеркнул Наум Гальперович. Он подготовил подарок всем присутствующим: перевел одно из стихотворений на белорусский язык.

Со словами благодарности к зрителям в зале обратился Посол Республики Армения в Беларуси Размик Хумарян. Он процитировал вечный призыв и наставление Егише Чаренца армянскому народу о его единении (единстве).

– В наше неспокойное время, если нам удалось чуть-чуть вовлечь вас в поэзию, если вам понравился наш гений Чаренц, то мы только рады, – отметил Размик Хумарян. – Чем больше в этом зале, в других местах, везде будет звучать поэзии, тем меньше будет зла на свете, выстрелов и взрывов.

Ярко и эмоционально стихотворения поэта прозвучали в исполнении студентов факультета международных отношений Белгосуниверситета, Института предпринимательства и парламентаризма, учителей и учеников минской армянской школы, а также диппредставителей Посольства РА.

На мероприятии присутствовали послы и дипломаты, аккредитованных в Беларуси иностранных государств, парламентарии Национального собрания, представители общественных организаций Беларуси и армянской общины, а также журналисты.

Это интересно!

Есть несколько версий происхождения псевдонима Егише Чаренца. Например, согласно подруге юности Карине Котанджян, его окрестили так, потому что он был непослушным ребенком («чар» в переводе с армянского: непослушный, проказливый). Ему так часто говорили «чар», что он так и остался ЧАРенцем.

Прозаик и переводчик Виван (Анушаван Джидеджян) ссылаясь на самого поэта, утверждал, что псевдоним произошел от названия пушкинского стихотворения “Анчар”, в котором были переставлены некоторые фонемы. В честь дерева, растущего в пустыне, корни которого источают яд.

Сам поэт дал такое объяснение выбору своего псевдонима: «В мире зло часто скрывается под личиной добра, ну а я доброму содержанию моей души дал, так сказать, злое имя». Здесь речь идет, скорее всего, об «ожесточении» души, поскольку Чаренц был современником величайшей трагедии армянского народа – Геноцида 1915 года, который оставил глубокий след в его сердце и дальнейшем творчестве.

Предлагаем подборку ярких строк из стихотворений армянского поэта.

***

…И как случилось в жизни справедливой,

Что вдруг рука пошла сама собой

Венчать стихи не словом горделивым,

А черствых дат терновостью сухой?!

И стали эти просто заголовки –

Следы от выцветающих чернил –

Магическими знаками у бровки

Крестом не обозначенных могил.

***

Кто встретится на жизненном пути,

Таком нелегком и таком недолгом?

Кто скажет: — Здравствуй! — с радостью в груди

И озарится дружеским восторгом?

Кто поцелует, нежностью дыша?

Кто зарыдает горько надо мною?

Я чувствую, что в мире есть душа,

Живущая моей тоской и болью.

Мне чудится порой, что голос мой,

Мой каждый нерв и все мои страданья —

Лишь отголосок той души живой,

Блуждающей в просторах мирозданья…

***

Девушка с ликом, как пламя лампады,

С прозрачною кожею,

С плотью бесплотной, чахоточной,

Я не свожу с тебя взгляда.

Голубоватая,

На Богоматерь глазами похожая.

Девушка с ликом, как пламя лампады,

Как ты влечешь меня бледностью этой.

Агатово-млечные

Душу мою искушают и пьют твои кроткие очи.

Что же мне делать? Что делать?!

Души моей радугу вечную гасят,

Вбираю глаза твои полные сумрака ночи.

***

Я солнцем вскормленный язык моей Армении люблю,

Старинный саз, надрывный лад и горький плач его люблю.

***

Печальнее бумажного цветка,

Как старого рояля звук иссохший,

Как пыльная картина с чердака,

Как зеркальце красавицы усопшей,

Глядит моя душа на этот мир,

И мучается, и не понимает:

Как свет его высокий ни на миг

Страдания ее не унимает?

***

Тебе, Господь, признателен вовек

За то, что я певец народных стонов,

Что рыцарем печалей Ты нарек…

В жестоком времени я сеятель бессонный.

comments powered by HyperComments

Поделитесь ссылкой: