Молодежь за разрешение конфликтов

ВарданянВосьмая международная юридическая олимпиада «Молодежь за мир» прошла в Международном университете «МИТСО». Участие в ней приняли студенческие команды из вузов 14 стран мира. Данное мероприятие в игровой форме предоставило участникам замечательную возможность углубить свои знания в области международного гуманитарного права и применить их на практике, принимая участие в моделируемом вооруженном конфликте. В жюри олимпиады вошли ведущие зарубежные эксперты-правоведы из Норвегии, Аргентины, Японии, Новой Зеландии, России, Австралии, Германии и Армении.

Мы не могли не воспользоваться такой возможностью и побеседовали с одним из судей олимпиады, начальником юрист-консультативной службы Конституционного суда Республики Армения Владимиром Варданяном. Главной темой разговора стало одно из величайших преступлений против человечности — Геноцид армян, который произошел в тот период, когда Османская Империя находилась в состоянии войны с Россией, в годы 1-й мировой войны. Эта трагедия очень близка и понятна нам, ведь Беларусь также имела многочисленные жертвы, но уже во время 2-й мировой войны. И сегодня в мире все знают о том, что сделал Гитлер, но мало кто помнит о Геноциде армян?

 — В 2015 году будет 100 лет Геноциду армян. Что делается по признанию этой трагедии в СНГ, ну и в Беларуси тоже?

 — Действительно предполагается проведение мероприятий приуроченных к 100-й годовщине совершения Геноцида армян Османской Империей. В соответствии с Декларацией о независимости Республика Армения провозгласила одной из своих целей признание Геноцида армян и осуществляет шаги, направленные на принятие и осуждение данного факта. Диаспоральные структуры также работают в этом направлении. К сожалению, процесс признания этой трагедии государствами СНГ и распространения информации о ней не очень эффективен. И это вызывает определенное недоумение, учитывая то обстоятельство, что мы в принципе продолжаем оставаться в одном полититико-правовом пространстве, в частности в рамках как минимум ОДКБ. Поэтому непонятно, почему факт Геноцида остается не полностью признанным среди стран бывшего Советского Союза. В России есть Постановление Государственной Думы о признании Геноцида армян. И мне, как потомку жертв Геноцида армян и исследователю в этой области, было бы приятно видеть официальный документ, подготовленный законодательными органами государств-участников, включая и Республику Беларусь, с которой меня связывают тесные связи. Но я понимаю, что этот вопрос лежит в области внешней политики. Ведь ваша страна не отделена от всего международного сообщества. У нее есть и другие интересы, хочется строить комплементарную политику со всеми государствами и это возможно сдерживает официальный Минск от принятия подобного документа. При этом все чаще высказываются мнения об обсуждении вопроса Геноцида на правовом уровне, и тут есть определенное развитие. Например, во Франции и Швейцарии. Определенные общественные процессы о признании и осуждении Геноцида происходят в Турции. Так что вопрос постепенно переходит из политического в политико-правовое поле и это дает новый тренд для привлечения к ответственности всех, кто был вовлечен в данное преступление.

— Почему до сих пор Армения не подала в международный суд на правительство Турции по поводу Геноцида?

 — На этот вопрос сложно ответить политкорректно. Имеется ли юридическое основание и возможности для подачи дела в суд? Да, имеется. Имеются ли какие-либо правовые сложности препятствующие этому процессу? Серьезных препятствий нет. Основная проблема в том, что пока в Армении и в структурах диаспоры не определились – оставаться ли в политико-правовом поле, делая акцент на признании факта Геноцида законодательными органами тех или иных государств или перевести процесс полностью в правовое поле и решить этот вопрос раз и навсегда? И здесь есть «подводные камни». Большая проблема заключается в том, будет ли суд основываться на временной юрисдикции, которая проистекает с момента событий, произошедших в 1915-1923гг., или попытается отделаться от этого сложного дела сославшись на то, что у него нет временной юрисдикции, тем самым положив конец всем усилиям вывести его на уровень рассмотрения по существу. Следует отметить, что после 2007 года в самой Турции начался большой ажиотаж, даже высказывались идеи о необходимости обращения Турции в Международный суд ООН с целью завершения обсуждения этого вопроса. Данный процесс конечно же был обусловлен принятием Международным судом ООН решения по делу Босния и Герцеговина против Югославии по делу о применимости Конвенции о геноциде 1948г. Потом дискуссии утихли, ведь турецкая сторона также опасается того, что в случае признания юрисдикции она окажется в щекотливом положении. Потому что суд рано или поздно, рассматривая дело по существу, придет к тому же выводу, что и большинство исследователей. Наиболее авторитетная организация в этой области – Международная ассоциация исследователей геноцида признала события 1915 года, квалифицировав их как геноцид, и от этого сложно увернуться. В мои выступления, посвященные данному факту, я всегда включаю слова Рафаэля Лемкина, высказанные еще конце 1940-х: «Я придумал термин «геноцид», поскольку это происходило так много раз, а одним из последних случаев было то, что было совершено над армянами. Т.е. с точки зрения материально-правовой и фактологической составляющей нет никаких проблем для обращения в Международный суд, но возможны определенные процедурные, процессуальные препятствия, которые не позволят полностью разрешить данный вопрос.

— Насколько я знаю, вы работали в Музее-институте Геноцида армян. Расскажите о его возникновении?

 — В советское время до 60 гг. XX в. Геноцид армян рассматривался как результат империалистической войны. Такое же отношение в Советском Союзе было в прочем и в отношении 1-й мировой войны. И на этом идеологическом фоне вопрос Геноцида армян либо заглушался, либо оставался на таком уровне, который был допустим, в основном для узкого круга исследователей. Но после окончания 2-й мировой войны, когда человечество пришло к выводу, что замалчивание геноцида приводит к новым его случаям, началась крупная борьба, массовые акции протеста во всех государствах, где были армянские общины с целью признания Геноцида. В 1965 году Уругвай впервые принял соответствующую резолюцию, признающую Геноцид армян. В 60-е году в Армении начался шквал общественной критики в отношении советских властей. Это период хрущевской оттепели и советское руководство было вынуждено обратиться к проблеме Геноцида. Тогда и построили монумент, который посвятили жертвам этой трагедии, его назвали памятник возрождающейся Армении. В 1995 году на территории комплекса Цицернакаберд на средства Министерства обороны Республики Армения был построен Музей-институт Геноцида армян при Национальной академии наук, в котором начались первые серьезные исследования посвященные этой проблематике, а также теме Холокоста. И вот несколько месяцев назад директор музея представил проект нового комплекса, который оснастят в соответствии с последним словом техники. Таким образом, музей будет представлять собой памятник, как прошлому, так и будущему. Я включен также в государственную комиссию, которая в будущем году планирует работать в направлении сохранения памяти Геноцида армян – это будут различные конференции, публикации и прочее. Имеется информация также об увеличении попыток представления исков в турецкие суды, связанных с имуществом, собственностью и т.д. И, возможно, это повлечет количество обращений в Европейский суд по правам человека.

— Вы являетесь организатором студенческой конференции по международному праву в Ереване. Белорусские студенты также принимают в ней участие, как вы оцениваете их уровень? И есть ли какое-либо сотрудничество между молодежью наших стран?

 — Студенты из Беларуси частые участники наших конференций, по крайней мере, с тех пор, как я начал возглавлять организационный комитет. Результатами мы всегда были довольны, потому что, в отличие от других студентов, которые представляют какие-то «серенькие» доклады, работы вашей молодежи всегда выполнены на европейском уровне. Между Российско-Армянским (славянским) университетом и Международным университетом «МИТСО» сложились хорошие отношения. И конференция в Ереване, как и олимпиада «Молодежь за мир» в Беларуси, уже давно превратились в партнерские мероприятия.

— Вы уже не в первый раз Беларуси. По вашему мнению, есть ли у белорусов интерес к армянской культуре и Армении?

 — Да, я наблюдаю интерес. Причем замечаю его больше даже не в самой Беларуси, а в Ереване, когда белорусские участники и эксперты приезжают к нам. Меня каждый раз критикуют за то, что научная часть конференции не позволяет эффективно исследовать культуру армянского народа. Поэтому 2 года назад мы решили продлить конференцию на один день и включить туда специальную культурную программу, и это было пожелание, в том числе и белорусских студентов. А вообще-то армянская культура для Беларуси и белорусская культура для Армении, это не что-то такое из сферы terra incognita. Мы ведь жили какое-то время в одном культурологическом пространстве и зачастую то, что считалось белорусским рассматривалось как свое собственное, родное и наоборот. Например, белорусские песни известных исполнителей 70-х годов, та же белорусская техника, скажем, холодильник «Минск», БелАЗы и телевизоры «Горизонт». Наши страны связывает человек, который помог в свое время наладить жизнь и восстановить экономику Армении и после этого экономику БССР – это Александр Миасникян, который в Беларуси известен как под фамилией Мясников. Я не большой знаток истории, но мне известно, что в Грюнвальдской битве участвовали также и армянские воины. Для средневековой Армении это был один из регионов, на который распространялось проникновение армянской культуры. Так что наши исторические связи не возникли сегодня. Есть такое мнение, что слуцкие пояса производились в так называемых «персиарнях» — производное от слова «перс». И здесь, возможно, речь идет о восточных армянах, которые в то время находились под властью персидской империи, а потом переехали в Слуцк и наладили производство этих поясов. У меня на рабочем столе лежит книга о слуцких поясах и некоторые мои знакомые говорят, что в орнаментальном плане многие узоры повторяют те, что использовались в армянском ковроткачестве… В Армении есть также небольшая белорусская диаспора. У нас тесные отношения на государственном уровне. В Ереване действует Армяно-белорусский торговый дом, в котором представлены лучшие белорусские товары. В нас бытует презумпция, что все, что произведено в Беларуси соответствует всем стандартам, которые изложены в технической документации. И мне в свою очередь приятно видеть, что армянские бренды все еще продолжают оставаться родными для белорусов.

— А что вы можете сказать про армянскую диаспору в Беларуси?

— Наша община, не смотря на свою малочисленность – около 30 тыс. человек, довольно успешная. И это, наверное, связано с тем, что в Беларуси дружелюбное и толерантное отношение к представителям других культур. Я никогда не чувствовал в отношении ко мне какой-либо дискриминации, которая присуща в некоторых государствах ближнего зарубежья. Все это способствует интеграции армянской общины в белорусское общество, общественно-политическую среду, и одновременно позволяет сохранять свою культурную самобытность и традиции. Хотелось бы, чтобы армянская община в Беларуси все больше усиливала связи с Республикой Армения и они бы не прерывались. А также хотелось бы пожелать, чтобы эта община была достойной. Чтобы каждый белорус, которого мы встречали где-либо был бы горд тем, что у них есть армянская община, которая хоть и небольшая, но соответствует всем необходимым критериям. И еще… Между нашими государствами есть прямые авиаперелеты каждую неделю и это позволяет быть в Минске или Ереване через 3-4 часа, т.е. у нас созданы все условия для того, чтобы видеть своих друзей почаще. Было бы желание, а остальное можно придумать!

 Диана ШИБКОВСКАЯ

comments powered by HyperComments

Поделитесь ссылкой: