Певец морских сражений

Ованнес Айвазян, который более известен всему миру как Иван Константинович Айвазовский родился 17 июля 1817 года в Феодосии, в обедневшей ко времени его рождения армянской семье. Нельзя сказать, что его детство было похоже на сказку, уже в 10 лет ему пришлось идти работать в кофейню. Но, не смотря на все тяготы, которые уже в детстве испытал Ованнес, его душа цвела в родном городе. И это не удивительно: южный город, несмотря на все старания судьбы, не хотел лишаться своей яркости. Армяне, греки, турки, татары, русские, украинцы — мешанина традиций, нравов и языков создавали красочный фон феодосийской жизни. Но на первом плане, конечно, было море. Именно оно привносит тот самый колорит в картины будущего художника, который больше никакому художнику не удастся воссоздать искусственно. Однажды великий художник скажет: «Море – моя жизнь. Проживи я еще триста лет, всегда бы нашел в море нечто новое».

Автопортрет

Автопортрет

Первым мольбертом юного гения была стена отцовского дома, вместо холста он довольствовался штукатуркой, а кисть заменял кусочек угля. И вот фортуна улыбнулась: один из таких угольных набросков увидел городской архитектор. Поразившись увиденному, он ходатайствовал об определении Ованнеса в Симферопольскую гимназию, и, пройдя вступительные экзамены, в 1830 году становится ее учеником. И если бы не этот случай, кто знает, возможно, мир бы не знал кисти великого художника. Следующие три года вдали от семьи и дома были важной вехой в жизни юноши. Но, по его словам, больше всего он скучал по морю.

По окончании гимназии молодой художник уже завоевал репутацию мариниста, и покровители его таланта решили ходатайствовать о его приеме в Петербургскую Академию художеств. Президент А.Н.Оленин писал министру двора, князю Волконскому: «Молодой Айвазовский, судя по рисунку его, имеет чрезвычайное расположение к композиции, но как он, находясь в Крыму, не мог быть там приготовлен к рисованию и живописи, чтобы не только быть посланным в чужие края и учиться там без руководства, но даже и так, чтобы поступить в штатные академисты Императорской Академии художеств, ибо на основании § 2-го прибавления к установлениям ее, вступающие должны иметь не менее 14-ти лет, рисовать хорошо, по крайней мере, с оригиналов человеческую фигуру, чертить ордена архитектуры и иметь предварительные сведения в науках, то, дабы не лишать сего молодого человека случая и способов к развитию и усовершенствованию природных его способностей к художеству, я полагал единственным для того средством высочайшее соизволение на определение его в академию пенсионером его императорского величества с производством за содержание его и прочее 600 р. из Кабинета его величества с тем, чтобы он был привезен сюда на казенный счет». Письмо вместе с рисунками дошло до самого императора Николая I и через пару дней пришел положительный ответ. В то время это было неслыханно, ведь, обучаться в Академии могли только дворянские дети. Ованнес понимает, что детство закончилось, но поехал в Петербург без страха — верно чувствовал, что впереди были блистательные свершения художественного гения.

Увы, столица оказалось не только центром культуры, но и центром интриг. Зимой 1835 года в Россию приезжает французский живописец Таннер и Ованесса направляют к мастеру в ученики. Параллельно готовится выставка работ французского живописца, в качестве подготовительного материала для Таннера, Айвазовский пишет несколько этюдов с натуры. Не выдерживая напряжения, заболевает, но продолжает трудиться. Однажды его навещает один из профессоров Академии и восхитившись работами, рекомендует молодому художнику выставить несколько своих полотен под чужим именем. Картины имеют оглушительный успех!

«Штиль на Финском заливе»

«Штиль на Финском заливе»

Таннер в ярости и пишет самому государю-императору: мол, Айвазовский нарочно прикидывался больным, а сам готовился к выставке. Николай I повелевает, чтобы картины Айвазовского с выставки сняли. Вскоре оказывается, что по иронии судьбы, убрали не те холсты, а главные произведения так и остались восхищать публику до конца выставки. Словно сама судьба хранила их для чего-то более значимого. И действительно, вскоре они были куплены для дворца.

«Большой рейд в Кронштадте»

«Большой рейд в Кронштадте»

За эти картины Айвазовский вскоре получил первую золотую медаль из рук императора. С этого времени художник становится другом императорской семьи до конца своей жизни.

Заслуженный успех пришел в сентябре 1845 года, когда уже знаменитому художнику Ивану Айвазовскому была вручена серебряная медаль академии за этюд «Воздух над морем». Айвазовский был наслышан о питерской сырости, пасмурности и холодах, но, не смотря на это, он целыми днями гулял по городу в поисках вдохновения.

«Воздух над морем»

«Воздух над морем»

Тоска по морю давала о себе знать: долгими часами художник недвижно любовался Невой. Ему удается пройти летнюю стажировку на кораблях балтийского флота. Там он заводит знакомства с самыми громкими представителями российского флота и даже принимает участие в боевых действиях. Этот «местный колорит» так и остался в памяти художника, которое он долгое время берег и потом воплотил в осязаемые воспоминания.

Вернувшись в Петербург, Айвазовский получил звание художника 14 класса.

"Высадка в Субаши"

«Высадка в Субаши»

Обучение в Академии подошло к завершению, и он отправился на покорение Европы. Англия, Франция, Германия… казалось, в любом городе его ждал успех. Однажды одна немецкая газета заявила: «Вероятно, художник глухонемой, ибо только при отсутствии слуха и речи может развиться столь острое зрение».

Сам Папа Римский покупает полотно «Хаос». Вода, тьма и над всем этим особая метка светящегося силуэта. Мог ли человек написать такое? Или его рукой водил кто-то куда более могущественный?

«Хаос»

«Хаос»

Пантифику пришлось даже собрать комиссию из кардиналов, чтобы удостовериться, нет ли в картине тайных знаков судьбы и только после одобрения комиссии, картина попала в Ватикан.

Сильнее всего Айвазовского тянуло в Италию, к манящей красоте южного моря, великим художникам Возрождения и своему брату, который пребывал в сане архимандрита на острове Св.Лазаря в Венеции. Публика неизменно приходила в восхищение и живо интересовалась этим молодым русским художником, сумевшим передать всю теплоту юга. Все чаще Айвазовского стали узнавать на улицах, приходить к нему в мастерскую и заказывать работы. “Неаполитанский залив”, “Вида на Везувий в лунную ночь”, “Вид на Венецианскую лагуну” — эти шедевры были квинтэссенцией итальянского духа пропущенного через душу Айвазовского. Знаменитая флорентийская галерея Уффици заказала картину мариниста, чего ранее не удостоился ни один российский художник.

«Неаполитанский залив»

«Неаполитанский залив»

В 1846 году Айвазовский возвращается в Петербург, и встречают его как мэтра. Его картины раскупаются в сию же минуту. В газете пишут, что Айвазовскому достаточно взять в руки кисть и крикнуть морским волнам: «Ни с места!», как они сами собой возникают на полотне. Ему был пожалован чин тайного советника от самого государя-императора. Вскоре появляется одна из знаменитых картин — «Девятый вал».

«Вид на Везувий в лунную ночь»

«Вид на Везувий в лунную ночь»

К похвалам в свой адрес Айвазовский всегда оставался равнодушным. В Европе он осознал, что он не относится к тем художникам, которые пишут с натуры. Его исключительным инструментом была зрительная память. Однажды на выставке его картин в Лувре, толпы зрителей уходили от приевшихся видов Сорренто, которые Айвазовский писал с натуры, и сосредоточились всего у двух картин, именно они были написаны по памяти.

«Вид на Венецианскую лагуну»

«Вид на Венецианскую лагуну»

С тех пор, гуляя по улицам, он как бы наблюдает за природой и пишет заметки себе в блокнот. Сам художник говорил: «Живописец, только копирующий природу, становится ее рабом. Человек не одаренный памятью, сохраняющий впечатление живой природы, может быть отличным копировальщиком, но истинным художником – никогда. Движение живых стихий неуловимы для кисти: писать молнию; порыв ветра; всплеск волны немыслимо с натуры».

«Девятый вал»

«Девятый вал»

Но вскоре случается неожиданное — в его жизнь врывается любовь. В одной из знаменитых петербургских семей были две дочери на выданье, но к удивлению всего общества, он делает предложение гувернантке Юлии, которая их воспитывает. Сразу после свадьбы они уезжают в Феодосию, и он строит там дом с мастерской, в котором он проживет более полувека.

Близится окончание XIX века и эпоха романтизма в России заканчивается, как и время трагического противостояния человека и стихии, запечатленного на картинах Айвазовского. На смену остромачтовым фрегатам приходят паровые и железные суда и передвижники.

Спустя 12 лет, брак дает трещину: Юлия не поддерживает рвение супруга принимать участие в войне и постоянной работе. Ей хочется блистать на балах, а не пропадать в феодосийской глуши.

«Портрет жены»

«Портрет жены»

Во второй раз художник женится лишь через 22 года, когда ему уже 65. Избранницей становится молодая вдова, армянка Анна Бурназян, которая носила фамилию умершего мужа — Сарсизова. В ее лице он обретает самый надежный тыл и поддержку до конца своих дней. После свадьбы, в 1877 году они отправляются в Грецию и живут там несколько лет. В 1883 году художник пишет впервые женский портрет, на нем оказывается его жена.

В 1888 году Айвазовский получает приглашение посетить Турцию, но не едет по политическим мотивам. Тем не менее, несколько десятков своих картин он отправляет в Стамбул, за что султан заочно награждает его орденом Меджидие первой степени. К слову, Турцию он посетит лишь однажды: осуществит визит к властям с целью прекратить геноцид армян.

17 октября 1888 года случается страшное: царский поезд терпит крушение. В это время царская семья была в вагоне-ресторане, где обвалилась крыша. Александр III невероятным усилием удержал металлическую конструкцию, пока перепуганная семья выбиралась наружу. Но последствия не заставили себя долго ждать и вскоре император умирает. Узнав о смерти государя, Айвазовский, без всякого заказа, по собственному почину пишет полотно, в котором передает извечное торжество жизни над смертью. Эта картина до сих пор будоражит зрителя. Исследователи отмечают, что в зависимости от угла зрения и света можно увидеть скорбящую вдову и искаженного маской злобного смеха мужчину одновременно. Айвазовский снова задумывается над тайной силой своего творения и прячет эту картину от зрителей.

В 1892 году Айвазовскому исполняется 75. И он едет в Америку! В планах художника освежить свои впечатления от океана и презентовать свои картины на Всемирной выставке. И все это на восьмом десятке! Нет, Иван Константинович прекрасно помнит, благодаря чему он поднялся так высоко. Трудолюбие и фантастическая преданность делу — без этого Айвазовский перестанет быть самим собой. Впрочем, надолго в Америке он не задержался и в том же году вернулся домой. Вернулся, чтобы снова работать. Таков он был. И совершенно неудивительно, что в мир иной он отошел сидя перед мольбертом. Это случилось 19 апреля (2 мая) 1900 года. Великий Айвазовский ушел, но оставил нам самое ценное — отпечаток своей души, который можно найти на каждом полотне великого мастера.

Сегодня память о великом мастере хранят города Армении, России, Украины и Беларуси. Памятники Айвазовскому установлены в Ереване, Санкт-Петербурге, Феодосии и Симферополе. Один из лайнеров Аэрофлота и теплоход Военно-Морского флота Российской Федерации носят имя великого художника. Улицы им. Айвазовского есть в Ереване, Феодосии, Москве, Краснодаре, Липецке, Воронеже, Минске.

Мариам ПЕТРОСЯН

comments powered by HyperComments

Поделитесь ссылкой: