Карен Карапетян и его «нескрипичные» тембры

Этот человек — настоящая легенда белорусского джазового искусства. О его исполнительском мастерстве знают поклонники групп «Kriwi» и «Харли» в Беларуси и за её пределами. Музыкант, в чьих руках скрипка становится лирическим, нежным и утончённым созданием, на языке своего инструмента доносит до слушателей красивые истории о любви и чувственные романтичные признания. Причём делает это скрипач одинаково искренне, где бы ни проходило его выступление — на сцене престижного концертного зала или в маленьком уютном кафе-баре. Он в полёте почти круглосуточно — как в творчестве, так и во времени. Он по-прежнему верит в добро и отстаивает принципы «fair play» в современной музыке. «Золотая джазовая скрипка Беларуси» — Карен Карапетян вновь встретился с «Миасин» спустя несколько лет.

— Над чем вы сейчас работаете? Что попробовали за последние годы нового и экспериментального?

— Я успел посотрудничать с лучшими ди-джеями страны и за ее пределами, в жанре импровизации, «mash-up», то есть игры на скрипке поверх треков. Принял участие в сессионной записи, а также, в клипе, песни Алёны Ланской «Тишина», которая мне очень понравилась. В нём я исполнил маленькую, но значимую и смысловую роль, потому что по сценарию клипа пожилой человек слышит звуки скрипки, которые напоминают ему о его давней, прошлой любви. Моя маленькая скрипичная партия в песне является темой, которая возникает в ключевых моментах песни. Осенью мне поступило приглашение играть в составе Premier Orchestra на телепроекте канала СТВ «Звезда эпохи». Также посчастливилось сыграть с известной рок-группой «Земляне». Получилось это у меня неожиданно, так как изначально я должен был играть у них «на разогреве». Когда я уже разыгрывался перед концертом в зале, меня случайно увидел директор «Землян» Вячеслав Карев и предложил сыграть ту песню, которую я пожелал бы сам выбрать. И, поскольку я по натуре исполнитель медленных и красивых романтических баллад, я выбрал песню «Красный конь», с одной стороны, в некоторой растерянности, а с другой — с чувством, что я вытащил счастливый билет. Получилось все просто здорово, и мне приятно, что на сайте группы «Земляне» был опубликован отрывок видео с моим выступлением.

В конце декабря принимал участие в благотворительном проекте на Канарских островах, организованном Славянским культурным центром, для русскоговорящих детей, и не только. Мы организовываем для них праздник, посвященный Рождеству Христову и Новому году, своеобразный «день радости». Ставим сценки, дарим много подарков, а также радуем родителей прекрасными постановками. Уже больше 10 лет данные мероприятия проходят на «ура», поэтому, надеюсь, все будет продолжаться.

Сейчас я потихоньку записываю новый альбом в составе группы «Харли», с моим другом, Евгением Чалышевым, основателем, идейным вдохновителем и композитором, а также прекрасным вокалистом. Наша группа, несмотря на материальные трудности, продолжает существовать, о чём еще недавно мало кто знал. Но первые три песни из этого альбома уже звучат на радио, так что работа продолжается, и это весьма радует. Смысл нашего альбома, как и во всех предыдущих, заключается в решении задач по его особому восприятию зрителем: под наши произведения люди должны не просто двигаться, потому что музыка тесно взаимодействует с текстом, как бы помогая передать смысл слов, о чем бы песня ни была написана — о любви в разных её проявлениях, о состоянии души, переживаниях и т.д.

— В ваших руках скрипка говорит голосами разных музыкальных инструментов: саксофона, гитары. Как это происходит?

— На мою скрипку установлен специальный датчик, который передает звук, проходящий затем в гитарную «примочку», настроенную должным образом. Благодаря такой системе моя скрипка превращается в многофункциональный инструмент, способный извлекать не только чистый скрипичный звук, но и исполнять гитарные и не только, партии. Для меня такая система удобна при работе в разных инструментальных составах. Для зрителей немного непривычно, что скрипка играет, как гитара, и они постоянно интересуются: а как у вас так получается? Впрочем, я не планирую останавливаться на достигнутом, и буду дальше удивлять новыми «нескрипичными» тембрами.

— Трудно ли заниматься творчеством в современном мире искусства, будучи верующим человеком? Взаимосвязаны ли музыка и вера? Можно ли творить настоящее искусство без духовного компонента?

— Начнем с того, что сама музыка — это тоже инструмент, которым можно ранить или направить человека в ту или иную степь. Музыка управляет человеческими мыслями: через неё можно навязать суицид, или она сама может возродить человека из пепла и направить на небеса. Любая эмоция может быть усилена музыкой или подавлена. Так как в основе христианской веры — любовь, она помогает мне и тем, кто меня слушает. Если ты заметила, я не играю произведения с сумасшедшей сложной техникой, а делаю ставку именно на красоту и душевность. Вероятно, Бог не обделил меня талантом к мощной технике, а подарил мне чувственное сердце для того, чтобы я мог через свою музыку направлять людей в позитивную сторону — добра, мира, созидания, а не разрушения. Когда я играю, для меня важно не истратить свой дар зря, а приобрести что-то позитивное.

— В какой обстановке удобнее всего погрузиться в творческие мысли?

— В одиночестве! Можно даже именно ночью. Когда я могу находиться на островах, я люблю выходить в ночное время на пляж, слушать океан и смотреть на звёзды. Природа вдохновляет на глубокие мысли.

— Насколько вы чувствуете себя армянином?

— У меня есть кровосмешение — французские, украинские корни. Мой прадед «украл» невесту во Франции и привёз в Тбилиси. Моя прабабушка, Жанна-Мария Вале, происходила из старинного рода, но я до сих пор не могу найти своих дальних родственников, потому что в своё время по политическим мотивам исчезли все документы о её иностранном происхождении — сейчас в архивах ничего найти нельзя. Но армянином я себя ощущаю на все сто! Единственный момент — языка не знаю.

— Есть ли в вашем репертуаре армянская музыка? В каких жанрах? Собираетесь ли его пополнять?

— Я начал играть произведения, связанные с Арменией, благодаря сотрудничеству с прекрасным музыкантом Давидом Бадаляном. Но в Беларуси нет особых потребностей в армянской музыке. Разве что на дудук могут приходить, но слушают его просто как экзотический инструмент. Я исполняю музыку, в которой затрагиваются глубокие темы. Айко Акопян создаёт красивую музыку. Меня связывает с ним то, что оба мы в душе романтики, поэтому мне нравится играть его композиции, в частности музыку к кинофильмам. Пополнять дальше хочу, но это будет трудно сделать, поскольку я сольный исполнитель, но хороших минусовок мало, да и писать самому попросту не хватает времени.

— Какие у вас музыкальные предпочтения? Есть ли среди них армянская музыка?

— Я отдаю предпочтение музыке, которая сыграна профессионально, независимо от стиля, национальной окраски, и не несёт смысловой отрицательной нагрузки. Попросту говоря, не загоняет в депрессию и не несёт зло. А насчет того, есть ли среди них армянская музыка — конечно, есть!

— В последнее время в Беларуси участились случаи, когда даже инструменталисты стали работать под фонограмму «+». Ронни Джеймс Дио считал, что за выступления под фонограмму надо платить ксерокопиями денег. Какое ваше отношение к музыкантам-«фанерщикам»?

— Раньше на телевизионные концерты исполнителей с фонограммой просто не пропускали. Но теперь работники телевидения, частенько, не хотят настраивать аппаратуру и инструменты, они снимают с себя лишние проблемы. Им главное, чтобы эфир прошёл без сбоев, и они получили своё «добро». А в итоге люди, которые приходят на концерт, остаются обманутыми. Единственное, я могу допустить, что «фанеру» можно использовать во время выступления артиста с балетом. Но возьмём пример зарубежных звёзд, ту же Мадонну. Она работает вживую и даже не парится! Когда слушаешь живое исполнение артиста, ты чувствуешь его энергетику, напор и отдачу. А слушать концерт под фонограмму — всё равно, что слушать диск дома, на хорошей аппаратуре, где поют красиво, но звук выровненный, и вычищенный на студии, фрагменты нарезаны и составлены и т. д. Так, зачем тогда деньги на билеты тратить?

Да, некоторые инструменталисты играют под фонограмму. И ладно бы, под свою играли. Но бывает, когда из колонок звучит трек Ванессы Мэй, а на сцене стоит девочка, на скрипке пилит почти в воздухе смычком и по грифу пальцами передвигает. Просто хочется её за ухо поднять и в угол поставить сразу. Это просто неуважение к себе, публике и искусству в целом. Так что я противник этого явления.

Надежда ТУЛИНОВА

comments powered by HyperComments

Поделитесь ссылкой: